ДОРАБОТАНЫ И ПРИНЯТЫ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ИТОГАМ КОНФЕРЕНЦИИ «ВОЙНА. ПОБЕДА. РОДИНА. ДУХОВНЫЕ И ИДЕЙНЫЕ ОСНОВЫ ЗАЩИТЫ ОТЕЧЕСТВА»

Рекомендации

по итогам конференции «Война. Победа. Родина. Духовные и идейные основы защиты Отечества в прошлом, настоящем и будущем» 

(Москва, 6 декабря 2018 года),

прошедшей под эгидой Общественной палаты Союзного государства

            История ХХ века – история великих жертв и великих побед – учит серьезнейшим образом готовиться не к прошлым войнам, а к вероятным конфликтам будущего. Сегодня характер военных угроз меняется. По ряду причин все менее возможна прямая агрессия регулярных армий, предполагающая пересечение границ государства. Однако более разрушительными становятся действия и технологии, которые могут лишить народы независимости, свободы и жизни через «нетрадиционные» методы ведения войны.

            Это политическое давление, сочетаемое с окружением «непокорной» страны военными объектами, якобы носящими оборонительный характер. Это внешний электронный контроль над территорией, населением и экономикой, в том числе предполагающий возможность мгновенной нейтрализации цифровой инфраструктуры потенциального противника. Это организация или стимулирование бунтов, заговоров, беспорядков, «цветных революций». Это разработка биологического, генетического, «климатического» оружия. Это широкое использование в военных и диверсионных действиях лиц, формально не относящихся к регулярным армиям или спецслужбам. Это, наконец, информационные, экономические, культурные и им подобные «войны».

            В данных условиях актуально призвать народы России и Беларуси, власти и общественные объединения двух стран к следующему:

  1. Выработать четкие, ясные военно-политические документы, говорящие о духовных основах воинского служения, защиты Отечества, применения силы в отношении тех, кто посягает на нашу веру, наши народы и наших ближних. Идеологический ваккум в данной сфере не просто опасен – он делает наши народы беззащитными. Основные религиозные традиции народов Беларуси и России, равно как и традиции светские, укорененные в героике ХХ века, ясно говорят: не только можно, но и должно применять силу против тех, кто посягает на твою Родину, на веру и свободу твоего народа. Это касается как внешнего неприятеля, так и внутреннего, движимого изменой, алчностью, жаждой анархии и другими проявлениями злой воли. Такое применение силы – не «постыдный» поступок, не грех, а доблесть и исполнение священного долга. Обо всем этом надо сказать в просветительских материалах для солдат и офицеров, а также в культуре, образовании, СМИ.
  2. В рамках военных доктрин, правовых и политических документов дать новые определения агрессора и жертвы, факта и форм применения силы,после чего поставить вопрос о признании этих определений мировым сообществом. Существующие дефиниции, к сожалению, «успешно» обходятся современными агрессорами. Не случайно в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви, принятых в 2000 году, говорится: «В нынешней системе международных отношений подчас бывает сложно отличить агрессивную войну от оборонительной». Вмешательство во внутренние дела государства путем организации и поддержки массовых беспорядков или переворотов, дистанционную дестабилизацию систем управления и жизнеобеспечения, намеренное нанесение экономического вреда мирному населению– следует признать актами агрессии, ответ на которые может быть аналогичен ответу на «традиционное» военное нападение. Необходимо предусмотреть возможность признания агрессорами не только государств, но и негосударственных акторов.
  3. Честно отвечать на манипуляции гражданским населением, его интересами и страданиями во время военных действий и угроз. С нравственной точки зрения боевые действия должны вестись так, чтобы жертвы и страдания мирного населения были максимально исключены. Однако абсурдным выглядит требование останавливать такие действия или осуждать их всякий раз, когда становится вероятным ущерб каким-либо лицам, не относящимся к регулярным армиям или отрядам террористов – в том числе коллаборационистам, поддерживающим неприятелей или террористов своим трудом. Часто победа не может быть достигнута без жертв среди нонкомбатантов – и не надо стесняться признавать эту реальность, особенно учитывая, что в новых условиях «гибридных войн» уже нуждаются в пересмотре и сами определения «мирного населения» и «участников боевых действий».
  4. Обеспечить готовность институтов образовательной, культурной и информационной сферы к оперативному переводу на военные рельсы, а также обязательное выполнение ими функций по поддержанию национальной безопасности. В случае обострения военных угроз должно быть признано недопустимымраспространение идеологии пацифизма и пораженческих настроений. Уже сейчас нужно развенчивать их как лишенные связи с жизнью, противоречащие традиционным для России и Беларуси религиозным учениям, самому духу наших народов и его историческому опыту. При этом не стоит отождествлять пацифизм и пораженчество с ответственным движением сторонников мира, которое всегда понимало и признавало роль благонамеренной вооруженной силы в миротворчестве. О наших героях, в том числе послуживших Отечеству в недавние годы, надо постоянно говорить в школе, культуре и СМИ – особенно потому, что современная молодежь лучше воспринимает образ и жизненный пример, чем абстрактные слова.
  5. В работе по поддержке соотечественников за рубежом, которые подчас становятся первой мишенью для «гибридной войны», воспринимать их как неотъемлемую часть народов Беларуси и России, имеющую право на полноценную защиту со стороны государства и на участие в его жизни, включая военную службу и все формы участия в защите Отечества и его интересов.
  6. Упомянутые предложения особенно актуальны ввиду подготовки к празднованию 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. Эти важные исторические вехи надо использовать для актуализации традиционных – и вечно новых — смыслов воинского служения, которое без таких смыслов не будет успешным, ибо жертвовать собой и побеждать без них невозможно.